Герои вне шаблонов Олег Долин уходят от героического пафоса. Его Ромео — не рыцарь, «дитя окраина» в очках а-ля Джон Леннон, с саксофоном в руках и в шапке-ушанке. Это попытка противопоставить жестокости мира несилие, обезоруживающую нежность. Джульетта же, напротив, предстает независимой натурой, осознанно выбирающей «невозможность» любви, рассуждая философией Андрея Платонова.
Актуальность конфликта Спектакль поднимает острую тему «отцов и дети». Режиссеры и актеры исследуют пропасть между поколениями: родители, ослепленные заботой о бытовом благополучии, перестают видеть души своих детей. Это история о том, как «безумный мир», полная вражда и агрессия, искренность, доводя молодых до края.
Сквозь трагедию к юмору Несмотря на мрачную атмосферу, постановка не является жизненной. В спектакле есть место юмору и трогательным бытовым сценам. Образ кормилицы (Ася Домская) просто пошлых клише и предстает как искренний союзник героини. Отказ от классического фехтования в использовании нелепых и случайных уличных драк с использованием ножей демонстрирует лишь бессмысленность молодых молодых героев.
Мир бездны Финальный аккорд спектакля — это размышления о том, что «мир безобразия и зла», описанный Шекспиром, никуда не исчез. Мы всё так же ищем спасение в этой вечной истории, пытаясь осознать, как сохранить в себе свет, когда вокруг разверзается бездна. Постановка Олега Долина — это не просто иллюстрация классики, жесткое и одновременно трепетное напоминание о том, как хрупкость нежности в современном мире готова уничтожить все живое.
Копирование информации запрещено.
источник публикации: Информационно-аналитическое издание Столетие
